Вячеслав Зайцев: «Я чувствую в себе огромный нереализованный потенциал. Поэтому собираюсь жить долго»

Его называли Красным Диором и Славой русской моды. Его широте интересов и творческой активности можно только завидовать. Он создаёт новые коллекции, преподаёт, пишет картины, всю свою жизнь отдавая служению красоте и гармонии. Народный художник России, член-корреспондент Российской академии художеств, профессор, художник-модельер, живописец и график – всё это Вячеслав Зайцев.

– Мы хорошо знаем Славу Зайцева как модельера с мировым именем. Гораздо меньше известно о ваших картинах. И мало кто знает, что их можно увидеть в Третьяковке и в Прадо. Расскажите, пожалуйста, как вы стали художником.

– Во время учёбы в Московском текстильном институте я глубоко освоил технику рисунка. Я много рисовал – копировал старых русских и европейских мастеров, античность, египетские фрески, персидскую миниатюру и средневековые орнаменты. Так и стал художником.

– В ваших картинах, несмотря на присущую вам яркость красок, есть какая-то тревожность. Это совсем не похоже на то, что вы делаете в моде.

– Эти картины создавались в непростое время. Я как художник остро чувствовал его и старался выразить это состояние тревоги и волнения через форму. Поэтому образы такие странные, сюрреалистичные. В этих картинах отражено одиночество творческого человека.

«Мне совершенно необходимо уединение, возможность отойти от суеты, скрыться от огромного количества людей, окружающих меня. Только так я могу восполнять и накапливать энергию».

– Среди них есть одна работа, которая называется «Тишина», и вот она как раз очень гармоничная, очень светлая и спокойная. Для вас важно это состояние тишины и уединения?

– Мне совершенно необходимо уединение, возможность отойти от суеты, скрыться от огромного количества людей, окружающих меня. Только так я могу восполнять и накапливать энергию. Я человек, которому Бог дал очень много. И я вижу свою задачу в том, чтобы по максимуму всё это отдать. Я боюсь терять время, потому что, как сказал Сенека, «всё нам чужое, только время наше». Время надо беречь.

– Вы начинали практически в безвоздушном пространстве. Когда в этой стране не было не то что индустрии моды, а просто даже запроса на индивидуальность.

– И не было личностей. После окончания института я был назначен художественным руководителем небольшой швейной фабрики в провинциальном подмосковном городке. Фабрика производила в основном рабочую одежду. Здесь в 1963 году я представил на суд местного художественного совета свою первую коллекцию спецодежды для работниц села. Мои цветные телогрейки и юбки, сшитые из ярких ситцев и павловопосадских платков, вызвали бурю негодования у руководства фабрики. Был вынесен жёсткий вердикт: «Это издевательство над рабочей одеждой». Дело кончилось товарищеским судом, и я был «сослан» работать в цех неликвидных тканей.

Спустя почти 50 лет я сделал коллекцию под названием «Истоки» из павлопосадских платков, которая принесла мне колоссальный успех, мировое признание и государственную премию. Жаль только, что так долго пришлось доказывать состоятельность своих идей. Но такое уж было время.

91 web

«Когда я увидел Кардена, у меня просто перехватило дыхание, но он был очень приветлив со мной».

– Однако вскоре после провала на худсовете та, первая коллекция стала известна на Западе, и французский журнал «Пари Матч» написал о вас: «Он диктует моду в Москве». Как могло случиться, что железный занавес приподнялся и о ваших работах узнали за рубежом?

– Этим я обязан Пьеру Кардену. Знакомство с ним стало для меня настоящим подарком. Меня всегда вело провидение. И в моей жизни было много удивительных событий и судьбоносных встреч. В апреле 1965 года в Москву на гастроли приехал известный французский шансонье Жильбер Беко, а с ним больше сотни представителей высшего света Франции, среди них были знаменитые кутюрье Пьер Карден, Ги Ларош, Марк Боан (Модный дом Dior).

– Вы уже знали тогда, кто такой Карден?

– Конечно! В то время я уже работал художественным руководителем Экспериментально-технического цеха в знаменитом Общесоюзном Доме моделей одежды (ОДМО) на Кузнецком мосту. И был приглашён на ужин, где должна была собраться вся эта компания французов. Когда я увидел Кардена, у меня просто перехватило дыхание, но он был очень приветлив со мной. Мы много времени провели тогда вместе, а потом в американском модном журнале Women's Wear Daily (WWD) появилась статья «Короли моды» и фотография, на которой был я в компании Кардена и Ги Лароша.

– Это же настоящий успех!

– Конечно, но это был 1965 год, и все эти публикации не прошли для меня даром, начались гонения, за мной стали следить, даже сейчас мне трудно вспоминать об этом. Началась настоящая борьба за выживание. В 1969 году мы с моими коллегами Линой Телегиной и Ириной Крутиковой сделали коллекцию из шёлковых тканей по заказу известной американской фирмы. Эта коллекция была представлена в США в Музее современного искусства, но нас, её создателей, конечно, не выпустили на презентацию. Однажды вечером мне позвонили мои друзья Лариса Шепитько и Элем Климов и рассказали, что на радиостанции «Голос Америки» в эти минуты идёт передача про наш показ. Вот так мы узнавали о своих успехах.

В 1974 году чехословацкий журнал Květy назвал меня одним из пяти выдающихся модельеров мира наряду с Полем Пуаре, Коко Шанель, Кристианом Диором. Пресса писала: «Зайцев отменил гегемонию западной моды». Но чем больше был успех за рубежом, тем сложнее было жить и работать в своей стране.

– Где вы находили силы для творчества в такой обстановке?

– Я не знаю ответа на этот вопрос, я просто чувствовал, что моя миссия – создавать, и делал это. Я понял, что в моде, как, впрочем, и в жизни, очень важно быть смелым, не поддаваться противодействию тех, кто настроен против тебя, а идти вперёд. И я шёл вперёд, успевал не только разрабатывать модели одежды, но и пропагандировал моду, читал лекции, организовывал дискуссии в театрах и домах культуры, ездил по стране. И продолжал работать в замкнутом пространстве, создавал коллекции, которые вместо меня представляли на международных конкурсах ответственные руководители.

«Я понял, что в моде, как, впрочем, и в жизни, очень важно быть смелым, не поддаваться противодействию тех, кто настроен против тебя, а идти вперёд».

– Эти коллекции были именными?

– Нет, конечно, все они проходили под единым брендом «Советский Союз».

– Ещё одна грань вашего таланта – создание костюмов к театральным постановкам. Расскажите, пожалуйста, о вашей работе в театре.

– Это был очень интересный опыт. Первый спектакль, который я оформлял как художник по костюмам, – «Женитьба Фигаро» в Театре Сатиры. Я создал костюмы для Андрея Миронова, Александра Ширвиндта, Веры Васильевой. Позже меня пригласила Галина Волчек, главный режиссёр театра «Современник», для работы над спектаклями «Вишнёвый сад», «Три сестры», «Анфиса». В этом же театре мне посчастливилось работать с Валерием Фокиным, который доверил мне создать сценографию и костюмы к спектаклю «Лоренцаччо» Мюссе. Я оформлял спектакли в театрах «Ромэн», Вахтангова, во МХАТе. Сотрудничал с Андреем Житинкиным в постановке «Маскарада» и с Юрием Соломиным в создании спектакля «Молодость Людовика XIV». Это была потрясающая работа, красивейшая эпоха – источник вдохновения.

– А когда вы впервые увидели Париж?

– Это было в 1988 году. Я приехал туда по приглашению мадам Карвен, главы знаменитого Модного дома. Моя коллекция от-кутюр «Русские сезоны в Париже», которую я показал 25 января в театре Мариньи на Елисейских полях, была встречена овацией. От имени мэра Парижа Жака Ширака мне вручили медаль и диплом о присуждении звания почётного гражданина Парижа. Это был грандиозный успех!

– В будущем году исполняется 35 лет Дому моды Славы Зайцева. С чем вы подходите к этому рубежу? Чем живёте сейчас?

– Мы создаём новую коллекцию и особенно серьёзно задумываемся о том, чтобы дать возможность людям покупать эти вещи. То есть серьёзно занимаемся коллекцией прет-а-порте, а не только высокой модой. Я много раз наблюдал, как человек совершенно преображается, облачаясь в мою одежду. В нём появляется индивидуальность, какая-то внутренняя красота.

Ещё одно очень важное для меня событие – грандиозная выставка моих костюмов в Эрмитаже. В экспозиции представлено более 100 ансамблей, созданных за последние 30 лет, а также ранние эскизы моделей одежды и фотографии. Это, конечно, уникальная история. Совсем недавно там была выставка Ива Сен-Лорана, и вот сейчас залы музея отданы моим работам.

– Как вы думаете, в чём секрет вашего успеха, и что бы вы пожелали тем, кто ещё только в начале пути?

– Очень важно любить людей, для которых ты собираешься создавать одежду. Кто-то мудрый сказал: «Люби не себя в профессии, а профессию в себе». Когда ты живёшь и понимаешь, что приносишь людям радость, – это то, ради чего стоит жить. Когда профессия становится смыслом бытия – это счастье!

– Что для вас главное сегодня?

– Здоровье и возможность работать, много работать. Заниматься живописью, находить новые источники вдохновения. Я чувствую в себе огромный нереализованный потенциал. Поэтому собираюсь жить долго.

магазин DVD фильмов
Battlefield 4 Beta обзоры, тесты, новости