Йохан Вандерплаетсе: «Мы всегда были и остаёмся оптимистами»

Наш сегодняшний собеседник – президент Schneider Electric в России и СНГ Йохан Вандерплаетсе – работает в России уже более 20 лет и уверен в огромном потенциале роста инновационной составляющей её экономики. Он всегда подчёркивает, что корпорация – надёжный партнёр России и один из крупнейших инвесторов в российскую экономику. В этом смысле политика Schneider Electric всегда была и остаётся неизменной.

«Schneider Electric занимался локализацией до того, как это стало “модны. Только за последние 5 лет мы вложили больше 1 млрд долл.в местные производства».

– Ваша компания имеет давний успешный опыт локализации производства в России. Судя по всему, развитие этого направления – принципиальный вопрос для руководства компании?

– Действительно, для нас это принципиально важный момент. Причём Schneider Electric занимался локализацией до того, как это стало «модным». Только за последние 5 лет мы вложили больше 1 млрд долл. в местные производства.

Сегодня у нас в России шесть заводов, а также логистические, научно-технические и инженерные центры. Мы всегда развивали в России не только коммерческое направление, но и производство, и продолжаем идти по этому пути. Сейчас обсуждаем возможность подписания специального инвестиционного контракта с Минпромторгом. Этот контракт предполагает значительные дополнительные инвестиции нашей компании в российскую экономику.

– Даже сейчас, несмотря на непростую экономическую ситуацию, напряжённость во взаимоотношениях России и Евросоюза?

– Да. Вопреки не самой благоприятной ситуации. Все возникающие сложности мы конструктивно обсуждаем с Минпромторгом. Сейчас разрабатываем «дорожную карту» по дальнейшей локализации производства в России. Конечно, она должна быть реалистичной.

Что я имею в виду. Когда мы посмотрели последние требования по новой локализации, там предусматривалось, что по любой технологии в течение 4 лет 90% компонентов должны производиться в России. Это нереально.

Поэтому мы сейчас обсуждаем некоторые корректировки этих требований, чтобы наши планы по локализации по-прежнему оставались амбициозными, но в то же самое время были выполнимыми.

Продукция, которая производится на наших российских заводах, должна отвечать самым высоким требованиям по качеству. К сожалению, нередко наши российские партнёры просто не в состоянии обеспечить соответствующее качество комплектующих, при этом некоторые типы компонентов вообще в России не производятся. Поэтому, например, микрочипы мы вынуждены покупать у зарубежных поставщиков.

Второй важный момент – цена. Если себестоимость продукции, произведённой на российских предприятиях, выше, чем в других регионах мира, это становится невыгодным. Здесь большую роль играют объёмы производства той или иной продукции. Например, изготавливать здесь некоторые подстанции, мировая потребность в которых всего 3–4 штуки в год, невыгодно.

Наконец, ещё один момент, который для нас крайне важен. Если мы движемся по пути локализации, то речь не должна идти об устаревших технологиях. Это должны быть технологии сегодняшнего и даже завтрашнего дня.

В рамках подписания специального инвестиционного контракта с Минпромторгом мы собираемся строить ещё один цех в Ленинградской области, где у нас уже есть предприятие. Там будет локализовано производство нескольких типов продукции, в том числе совершенно новой разработки компании – выключателей Masterpact MTZ, наиболее инновационных в своей отрасли.

«Если мы движемся по пути локализации, то речь не должна идти об устаревших технологиях. Это должны быть технологии сегодняшнего и даже завтрашнего дня».

Мы смотрим на Россию не как на рынок сбыта, куда надо импортировать продукцию из-за рубежа. Мы хотим производить внутри страны столько, сколько сможем. Я считаю, что это выгодно и для нас, и для наших заказчиков. Это выгодно и экономике России в целом.

– Но кризис, вероятно, всё же сказывается на планах компании, темпах их реализации?

– Мы в России уже очень давно. Мы пережили здесь и 1998 год, и 2008-й... Тогда многие говорили: «Всё, это конец. Ничего хорошего не будет». Мы же всегда были и остаёмся оптимистами. И в итоге оказываемся правы.

Любой кризис – это также и новые возможности. Благодаря нашим местным производствам мы увеличиваем свою долю на российском рынке. Мы оказались в лучшем положении, чем некоторые наши конкуренты, которые либо не имеют своих производств в России, либо опасаются сегодня делать дополнительные инвестиции.

– Сегодня реальные доходы россиян снизились. Кроме того, многие бизнес-структуры сокращают штат работников. На ваших предприятиях в России занято 12 тысяч человек. Возникшие трудности в полной мере коснулись и их?

– Я бы так не сказал. Девальвация рубля, помимо негативных последствий, привела к тому, что повысилась конкурентоспособность наших российских предприятий, расширились их возможности, связанные с экспортными поставками, – не только в страны СНГ, но и в Восточную Европу, и даже в Латинскую Америку.

Поэтому ни о каком сокращении штатов речи не идёт. Скорее наоборот: вполне возможно, будем набирать новых людей в связи с расширением производства.

«Энергосбережение, энергоэффективность, создание “умных” городов, “умных” производств – это те направления, над которыми мы работаем по всему миру, в том числе и в России».

Что касается заработной платы, то она на наших предприятиях всегда была и остаётся на конкурентоспособном уровне, мы периодически проводим её индексацию. Люди, добросовестно работающие в нашей компании, всегда работают в обстановке стабильности, уверены в завтрашнем дне.

– Schneider Electric тратит немалые средства на различные образовательные программы в России, активно сотрудничает с вузами. Понятно, что речь идёт не о благотворительности. Если вы вкладываете деньги в подобные проекты, то, вероятно, получаете от них какую-то отдачу?

– Конечно. Во-первых, любая солидная компания заботится о том, чтобы правильно позиционировать себя на рынке, соответствовать критериям социально ответственного бизнеса. У нас есть ряд программ, в том числе в сфере помощи образованию. Мы считаем, что это важно.

Не только в России, но и в мировой экономике в целом существует острая проблема – нехватка квалифицированных инженеров. Если мы помогаем здесь повысить уровень инженерного образования, то это может положительно сказаться и на нашей работе.

Сегодняшние студенты – это, возможно, завтрашние сотрудники компании. Например, летом в нашем московском офисе работали 25 стажёров-студентов. Для них это прекрасная возможность для начала практической деятельности, знакомства с принципами работы современной компании.

«Любой кризис – это также и новые возможности. Благодаря нашим местным производствам мы увеличиваем свою долю на российском рынке».

Многие молодые люди, которые участвовали в различных наших образовательных проектах, будут трудиться в «Лукойле», «Роснефти», «Газпроме», «Россетях», которые являются нашими заказчиками. Мы будем сотрудничать с людьми, которые ещё во время учёбы познакомились с нашей компанией, с нашими технологиями. Это тоже важно.

Кстати, у нас есть программа и по повышению квалификации преподавателей. Летом мы заключили соглашение с Горным университетом в Санкт-Петербурге. Преподаватели вуза получат возможность ознакомиться с самыми современными нашими технологиями.

– О технологиях. Из проектов, которые Schneider Electric реализует в данный момент в России, что-то можно выделить особо?

– Я горжусь, что мы работаем в России над технологиями «умных» городов. С губернатором Ставропольского края подписано соглашение о модернизации Ставрополя с применением таких технологий. Речь идёт о различных решениях в области энергосбережения, водоснабжения, которые с полным правом можно отнести к технологиям завтрашнего дня.

В скором времени на базе Технополиса «Москва» мы откроем линию по производству инверторов для солнечных электростанций. Это направление – одно из перспективных для нас в России. Мы верим в альтернативную энергию. Это энергия будущего. А в «Сколково» скоро заработает центр НИОКР Schneider Electric, который будет заниматься локализацией программного обеспечения.

Цель нашей работы – повышение качества жизни людей, решение экологических проблем. Энергосбережение, энергоэффективность, создание «умных» городов, «умных» производств – это те направления, над которыми мы работаем по всему миру, в том числе и в России.

Вообще, Schneider Electric в России – это российская компания, но с мировыми технологиями и разработками

– И при этом компания, устремлённая в будущее, работающая над решением проблем не только сегодняшнего, но и завтрашнего дня.

– Совершенно верно.

 

Йохан Вандерплаетсе,
президент Schneider Electric в России и СНГ.

Йохан Вандерплаетсе окончил с отличием юридический факультет Гентского университета и факультет европейского права Европейского колледжа в Брюгге, изучал русский язык в Государственном институте русского языка им. А. С. Пушкина в Москве. Также отлично владеет голландским, английским, немецким и французским языками.

До прихода в Schneider Electric Йохан Вандерплаетсе работал в компании Emerson Process Management в должности вице-президента по региону Восточная Европа, который включал в том числе Россию и СНГ. Под руководством Йохана компания Emerson Process Management добилась значительного роста бизнеса в регионе, а также открыла новый крупный завод в Челябинске по выпуску оборудования для автоматизации технологических процессов промышленных предприятий.

Йохан начал карьеру в компании Alcatel, пройдя путь от юриста до руководителя компании в России, СНГ, Центральной и Южной Европе. Несколько лет он также работал в инвестиционном фонде Европейского банка реконструкции и развития в Казахстане.

Йохан является президентом Российско-бельгийского бизнес-клуба, вице-президентом Бельгийско-люксембургской торговой палаты в России, офицером ордена Короны Бельгии, почётным профессором нескольких российских университетов.

 

магазин DVD фильмов
Battlefield 4 Beta обзоры, тесты, новости