Первый международный институт русских исследований

В 2017 г. исполняется 110 лет с момента создания Ливерпульской школы русских исследований, объединившей под одной крышей англичан, американцев, русских и французов. Её целью стала подготовка профессиональных кадров в области экономики, права и культуры и консолидация мировых усилий для развития инвестиционных проектов в Российской империи. 

Ливерпульская школа была единственным институтом развития в довоенном мире, близким по значению к современному понятию.

 

Конечно, «“Сколково” царской России» – это слишком громкий титул для этой школы, но вместе с тем надо признать, что Ливерпульская школа была единственным институтом развития в довоенном мире, близким по значению к современному понятию. Её создатель Бернард Иванович Пэрс (отчество он придумал себе сам, справедливо полагая, что Джон соответствует русскому Ивану) был яркой личностью, прожил долгую, полную приключений и резких поворотов жизнь. Так, например, «отца» русских исследований в Великобритании часто называют и одним из организаторов британской профессиональной футбольной лиги, вписавшим своё имя в историю футбольных клубов «Портсмут» и «Челси».

Бернард родился в 1867 г. и стал седьмым ребёнком в большой семье Джона Пэрса. Отец унаследовал часть состояния деда – депутата парламента и банкира из Лейстера, дал детям прекрасное образование: Бернард успешно окончил Кембридж. После небольшого периода работы в школе Пэрс получил наследство и отправился в путешествие по Европе. И вскоре «крикет и русские песни» привлекли его к русской культуре, хотя он сам утверждал позднее, что это было в первую очередь желание помирить непримиримых соперников – Великобританию и Россию. Первая поездка в Россию состоялась в 1898 г. С этого времени Пэрс начал создавать себе репутацию главного эксперта по России в англосаксонском мире, которой он потом очень дорожил.

Первый международный институт русских исследований

Одна из первых статей о ситуации в России была написана как письмо в газету The Times в 1904 г. из Ростова Великого. В ней Пэрс писал о потерях во время войны, о патриотизме и скепсисе, об отрицательном отношении к Великобритании, о том, что её союз с Японией воспринимают как межрасовый брак. Статья была написана взвешенно, в ней давался спокойный академический взгляд на ситуацию, подчёркивалось, что российское правительство оказывало автору всевозможную помощь и предоставляло полную свободу в его поездках «от волости к волости». 

Пэрс начал создавать себе репутацию главного эксперта по России в англосаксонском мире, которой он потом очень дорожил

Вскоре после русской революции началась политическая карьера Пэрса. Артур Никольсон, британский посол, боясь отправлять на контакт с депутатами Думы своих сотрудников (чтобы не было подозрений, что Великобритания как-то связана с ними), решил действовать через Пэрса и просил его и других британских экспертов присутствовать на заседаниях Думы. Пэрс не уважал британских дипломатов из-за незнания языка, но вида не подавал и завязал много полезных контактов. Зато в прессе нередко можно было встретить анонимные заметки (несомненно, его авторства), с желчью критиковавшие английских журналистов за неправильные переводы русских слов и имён. Очевидно, что для Форин-офиса активность «неофициального дипломата» была полезна – таким образом камуфлировалась его деятельность. Недаром его постоянно подбадривали, отправляли ему благодарственные письма, помогали решать вопросы с друзьями. При этом серьёзных задач – таких как подготовка консулов и атташе – ему так и не дали. 

В декабре 1906 г. Пэрс получил первую официальную должность, правда, без оклада: лектор по новой русской истории в Ливерпульском университете. Уже в следующем году он открыл при Ливерпульском университете школу русских исследований (Liverpool School of Russian Studies) – первый в истории Великобритании специализированный институт, посвящённый России, в будущем ставший одной из частей Школы славянских и восточноевропейских исследований (SSEES).

Идея заключалась в подготовке кадров для ведения бизнеса в России, культурного обмена и политических взаимоотношений на фоне резко улучшающихся отношений России и Западной Европы. Преподавательский состав школы был очень разношёрстным: архангелогородец Михаил Трофимов – диссидент, сбежавший из России без паспорта, зять анархиста Кропоткина Борис Лебедев и лучшие знатоки России из США и Великобритании. Институт издавал журнал Russian Review, посвящённый российским вопросам, организовывал курсы русского языка, переводил деловую документацию, сообщал об интересных инвестпроектах и консультировал по вопросам приобретения русских ценных бумаг. Одним из важнейших проектов института были лекции по сельскохозяйственной, промышленной и торговой политике в России, которые вёл ученик Петра Струве, российский экономист Владимир Гефдинг. Кроме того, Бернард Пэрс постоянно претендовал на роль института как базы для подготовки торговых консулов для Российской империи. 

Где Пэрс нашёл финансирование для такого большого дела?

Главным спонсором выступил один из самых богатых людей Великобритании – Альфред Джонс. «Некоронованный король Западной Африки» был влиятельным судовладельцем, который де-факто контролировал торговлю Европы с Западной Африкой и странами Карибского бассейна.

Главным спонсором выступил один из самых богатых людей Великобритании – Альфред Джонс. «Некоронованный король Западной Африки» был влиятельным судовладельцем, который де-факто контролировал торговлю Европы с Западной Африкой и странами Карибского бассейна. Столкнувшись в начале XX в. с возросшей конкуренцией Германии на своих рынках, ливерпульский миллионер решил нанести удар по тому, что считалось немецкой вотчиной, – германо-российской торговле, начав жёсткую конкуренцию на российском рынке. Но прежде чем начать экономическую битву за Россию, нужно было провести подготовку – частью её и стал институт Пэрса, финансирование которого взял на себя Альфред Джонс. В 1909 г. он принял огромную депутацию русской Думы ставшими знаменитыми словами: «Мы знаем, что у вас есть вещи, которые нам нужны. Мы верим, что у нас есть вещи, которые нужны вам. Видите, как мы можем быть полезны друг другу?»

Виктор КуликовБыстро развивающийся институт, по мысли его создателей, должен был стать главной площадкой для стратегических инициатив размещения западных инвестиций и проектов в Российской империи. Всё изменила Первая мировая война. С её началом Пэрс отправился на Восточный фронт, а после возвращения (уже после революции и поражения Колчака) перебрался в Лондон, где на долгие годы стал директором Школы славянских и восточноевропейских исследований (SSEES), в настоящий момент являющейся важнейшим мировым институтом исследований проблем Восточной Европы.

Виктор Куликов,
российский историк-экономист, специалист по истории русского экспорта, канд. ист. наук, доцент, преподаватель ЯрГУ им. П.Г.Демидова

 
магазин DVD фильмов
Battlefield 4 Beta обзоры, тесты, новости