Александра Андреева: Развивая национальную медиацию: сфера финансовых услуг как потенциальная область применения

Пока Европейский парламент выносит резолюции по применению Директивы 2008/52/EC Европейского парламента и Совета от 21 мая 2008 г. относительно некоторых аспектов медиации в гражданских и коммерческих делах1, мы продолжаем исследовать и оценивать потенциальные сферы её применения на свой страх и риск.

Недавние мероприятия с участием профессиональных медиаторов со всей России демонстрируют востребованность процедуры в социальной сфере, по вопросам семейного права, в ситуациях защиты прав детей.

Я же с 2008 г. волею судеб являюсь судебным представителем отдельной категории населения, которая не в меньшей степени нуждается в работающем инструменте внесудебного урегулирования споров граждан-потребителей финансовых услуг, а также заёмщиков – представителей малого и среднего бизнеса.

Как правило, ситуация развивается по накатанной: гражданин или предприниматель выбирает очередной «надёжный» банк, оформляет кредит, в силу определённой ситуации сталкивается с невозможностью исполнения принятых на себя обязательств. В меру своей финансовой и юридической грамотности теперь уже должник очевидным для себя способом уведомляет кредитора о возникших проблемах, а далее – как по нотам. Суд, решение, взыскание задолженности с помощью приставов или коллекторов – казалось бы, какие тут могут быть варианты?

Чем тут помог тот самый «открытый диалог», который я «пропагандирую»?

В рассматриваемом случае именно он позволил в конечном итоге выработать способ завершить ситуацию, приемлемый для обеих сторон

Возвращаясь к собственному опыту – вступить в диалог с банком и вести его максимально открыто, с последовательным документальным оформлением ваших действий. 

Являясь судебным представителем должника по кредиту, я, по сути, медиировала процесс взыскания задолженности с 2008 г. После получения первого из нескольких судебных решений в 2009 г. инициировала переговоры с банком с предложением рассмотреть возможность внесудебного урегулирования спора. Это было официальное предложение с учётом рыночной оценки объектов залога, представленных неработающим пенсионером в обеспечение долларового кредита, в обращении взыскания на которые банку было отказано судом. 

Посыл касался очевидного: зачем идти в суд, если есть возможность подписать соглашение об отступном и закрыть вопрос «досрочно»?

В конкретном случае ввиду ли значительной суммы задолженности или действия иных, превалирующих «внутренних инструкций» банка кредитор предпочёл продолжить судебный процесс.

Сейчас, почти 10 лет спустя, это длящиеся процессы посмертного банкротства физического лица – должника и банкротства физического лица – поручителя. Последнее – по причине непринятия банком документов о закрытии исполнительного производства в его отношении как доказательств неплатёжеспособности, а также озвученного отсутствия временных и кадровых ресурсов для инициации и ведения процедуры банкротства в его отношении. 

Банки, как и суды, перегружены. 

В таких ситуациях остро встаёт вопрос об адекватной защите прав должника, о грамотном ведении переговоров с его участием в современной правовой системе России. 

Безусловно, можно говорить о качестве судебного представительства, об использовании свойственных нашей правовой культуре «силовых» ресурсов: были инициированы и проверки ЦБ РФ, направлены заявления в Прокуратуру РФ, не давшие ожидаемых результатов. Как и иски о расторжении кредитного договора, бесконечные жалобы на определения и решения судов об определении стоимости имущества к реализации, о назначении торгов до разрешения по существу вопроса об определении стоимости объектов залога.

Что в результате? Банк получил минимальное погашение из стоимости реализованного посмертно имущества должника, в несколько раз меньшее в сравнении с его оценкой и стоимостью предложения заёмщика в 2010 г.

Насколько эффективным стало подобное решение вопроса для банка? Если руководствоваться позицией, неоднократно озвучиваемой из года в год представителями в кулуарах судебных инстанций, единственной целью процессов был возврат денежных средств – должник по факту не внёс ни рубля в погашение долга с 2008 г. Банк получил на баланс квартиру по сниженной оценке в 2009 г. и средства от реализации с публичных торгов оставшейся недвижимости в 2017 г., суммы, не покрывающие и половины числящегося долга.

Чем тут помог тот самый «открытый диалог», который я «пропагандирую»?

В рассматриваемом случае именно он позволил в конечном итоге выработать способ завершить ситуацию, приемлемый для обеих сторон. 

Для всех иных проектов – сформировал бесценный опыт наблюдения работы представителей банка, позволяющий находить оптимальные способы решения правовых ситуаций в сфере финансовых услуг. В частности, в недавно завершённом процессе по делу о взыскании задолженности по кредиту с наследников должника удалось добиться уточнения представителем банка иска в интересах должника – дополнения требования о расторжении кредитного договора (во избежание дополнительного начисления процентов на сумму долга), снижения суммы процентов, начисленных на сумму долга, отказа от штрафных процентов. Вне судебного заседания мой процессуальный оппонент подтвердил, что подобное движение «навстречу» интересам наследников было обусловлено в том числе активным диалогом между сторонами и их судебными представителями.

В условиях подчёркнутой загруженности судебной системы, банков и коллекторов, фактической «заморозки» законопроектов по регламентации деятельности финансовых омбудсменов Комиссия по медиации призвана стать отправной точкой профессионального посредничества именно в сфере финансовых рынков и финансовых услуг

Кроме того, я получила интересный опыт, позволивший мне сейчас участвовать в интересных и перспективных проектах по развитию связанной профильной медиации, например в работе Комиссии по применению процедуры медиации (альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника) на финансовом рынке Российской Федерации Ассоциации «Гильдия финансовых аналитиков и риск-менеджеров» (далее – «Комиссия по медиации»)2.

Основными целями работы Комиссии по медиации являются:

• популяризация процедуры медиации на финансовом рынке РФ и в сфере финансовых услуг;

• повышение уровня доверия к альтернативному правовому способу урегулирования споров;

• организация и проведение процедур медиации с представителями финансового рынка РФ, потребителями финансовых услуг;

• обеспечение эффективной коммуникации между экспертным сообществом и представителями малого и среднего бизнеса, формирование диалога посредством организации и проведения коммуникационных площадок, образовательных проектов, семинаров, участия в отраслевых конференциях.

Приоритетное направление работы Комиссии по медиации – создание комфортной среды для обсуждения с представителями органов власти, научных учреждений, финансовых институтов и организаций важных вопросов, связанных с функционированием и развитием финансового рынка Российской Федерации, активное применение внесудебных процедур по урегулированию споров при возникновении конфликтных ситуаций на финансовом рынке.

Несмотря на непродолжительный срок своего существования, Комиссия по медиации уже активно работает по заявлениям потребителей финансовых услуг о проведении процедуры медиации в рамках судебных процессов и подготовки к ним, развивает сотрудничество с ассоциациями профессиональных участников рынка ценных бумаг в информационно-просветительской, консуль-тационно-правовой и научно-исследовательской сферах.

В условиях подчёркнутой загруженности судебной системы, банков и коллекторов, фактической «заморозки» законопроектов по регламентации деятельности финансовых омбудсменов Комиссия по медиации призвана стать отправной точкой профессионального посредничества именно в сфере финансовых рынков и финансовых услуг.

Александра Андреева,
частнопрактикующий юрист

магазин DVD фильмов
Battlefield 4 Beta обзоры, тесты, новости