Галя Моррелл: «Мы смотрим на жизнь людей их глазами»

В последнее время обострилась борьба за ресурсы Арктического региона, в частности, именно здесь хранятся крупнейшие в мире запасы нефти и газа. При этом зачастую в стороне остаётся жизнь людей, которые исконно населяют эти земли. О том, какие изменения происходят с коренными народами Арктики, в интервью «Бизнесу России» рассказала руководитель проекта Avannaa Галя Моррелл.

– В чём специфика ваших исследований, чем вы занимаетесь в Арктике?

– Наша экспедиция называется Avannaa, что по-гренландски означает «север». Мы путешествуем по самым северным населённым пунктам мира, где живут исчезающие народы, например инугхуиты, или полярные эскимосы, которых осталось менее 800 человек. Последние годы я прожила в Гренландии и могу сказать, что там ситуация очень похожа на ситуацию на российском Крайнем Севере. Обычно мы проводим экспедиции на севере Гренландии, в последний раз мы прошли 4 тысячи километров на лодке: с собой не можем брать никакой еды, потому что всё пространство занято бензином. И вот мы приезжаем в деревню, где никто никогда не был, и там оказывается потрясающий дизайнер живёт, или, например, музей платьев из бисера. Потом мы обо всём этом рассказываем и показываем на выставках. Первая моя выставка открылась в Москве, а затем уже в европейских столицах и Нью-Йорке. После того как наши работы о севере Гренландии стали известны, Артур Николаевич Чилингаров предложил нам организовать такие же экспедиции в России.

day 13179 1-280IMG 3885-280

– Ваши первые впечатления о Якутии?

– Якутия известна миру своими природными богатствами. Но мало кто знает, что в кладовой России за последние годы были созданы многие инновационные технологии. Создаётся новое лицо Якутии – это непростая работа, в которой участвуют люди самых разных специальностей, от учёных до художников.

В республике ведётся большая работа по восстановлению уникальной породы якутской лошади и якутской коровы, не боящихся 60-градусных морозов. Герман Арбугаев, местный предприниматель и партнёр экспедиции Avannaa, создавший уникальный этно-комплекс «Чочур Муран», совместно с кинологом Леной Сидоровой воссоздал исчезнувшую породу якутской лайки. Для детей–участников нашей экспедиции эти животные неразрывны с их ежедневной жизнью. Именно поэтому они главные персонажи их картин и скульптур. Через наши страницы на социальных сетях мы показываем миру их работы, и люди впервые в своей жизни узнают, что Якутия – это не только алмазы и золото. И правда, главные алмазы Якутии – это её люди. Дети, старики и все остальные.

IMG 1717-280IMG 2304-280

«Главные алмазы Якутии – это её люди. Дети, старики и все остальные.»

– Какова цель ваших экспедиций? Это какие-то антропологические исследования?

– С одной стороны, мы пытаемся создать архив того, что исчезнет через несколько лет, а с другой стороны, помочь местным художникам найти своего зрителя. Во время наших поездок мы также активно работаем с детьми, например мы создали театр на дрейфующем льду в Гренландии, теперь то же самое мы хотим сделать на Чукотке.

IMG 4471 - Version 2-280– Отличается ли чем-то жизнь людей на нашей Арктике от той же Гренландии, по вашим ощущениям?

– Чтобы добраться до нужных мест в Якутии, мы ехали вдоль Колымского тракта: вначале на УАЗе, потом – в ковше трактора и в маленькой надувной лодке. Всё это проходило во время наводнения, которое, по сути, является результатом изменения климата. Деревни, которые раньше были соединены просёлочными дорогами, сейчас превратились в острова. Мы приплыли на один из таких островов и внезапно нашли какую-то удивительную жизнь. Например, традиция якутских национальных костюмов была утеряна в советское время, а сейчас она возвращается обратно. Местные жители также создают уникальные произведения искусства из кусочков меха, из бересты и т.д. 82-летняя Анна Акимова сама основала первый в истории частный музей якутской одежды, каждый человек там художник – ни на Аляске, ни в Канаде мы такого не видели. Когда мы вернулись из экспедиции, про нас написал известный портал, и эта статья попала на глаза Полу Родзянко – председателю совета и исполнительному директору Hermitage Museum Foundation – организации, которая занимается выставками Эрмитажа за рубежом, и он предложил нам провести такую выставку в Нью-Йорке. Мы решили провести выставку на базе центра дизайнера Донны Каран – она его сделала специально для художников, которые без внешней поддержки не смогут показать своё искусство другим людям. Выставка в Нью-Йорке должна была состояться изначально в ноябре, но сейчас мы думаем, что, скорее всего, она состоится в декабре. Мы решили включить туда экспонаты с севера Гренландии, чтобы показать, что Арктика едина. Людей, которые всегда там жили, объединяет не только одна похожая земля, но и похожие языки, искусство и т.д.

«Мы пытаемся создать архив того, что исчезнет через несколько лет, а с другой стороны, помочь местным художникам найти своего зрителя.»

IMG 1425-280IMG 4601 - Version 2-280

– Искусство в Арктике – какое оно? В чём его истоки?

– Этой зимой мы прошли более 2,5 тысячи километров по тайге и тундре на оленьих упряжках, лошадях и пешком через самые труднодоступные наслега в северной Якутии. -50°С на дворе, ни проточной воды, ни туалета, но при этом каждый человек здесь, вне зависимости от профессии, – художник. По-другому здесь выжить просто невозможно.

Одежда, мебель, украшения, музыкальные инструменты, амулеты – всё производится из остатков съеденного или использованного, здесь не выбрасывается ничего, ни кости, ни волосы, ни шкуры, ни даже чешуя.

IMG 5068-280IMG 6340-280

«Традиция якутских национальных костюмов была утеряна в советское время, а сейчас она возвращается обратно.»

Сказочные предметы из бересты, металла, дерева, бисера, конского волоса, кожи рыбы могли бы украсить любой музей или частную коллекцию, но из-за абсолютной изолированности этих деревень работы народных мастеров остаются никем не увиденными, а значит, невостребованными.

IMG 9087-280Наша задача состояла в том, чтобы собрать наиболее интересные вещи, сделать портреты художников, записать их рассказы для того, чтобы потом представить их – пока заочно – потенциальным покупателям.

Зарплаты у живущих здесь людей мизерны, а стоимость жизни, как везде на Крайнем Севере, гораздо выше столичной. Дополнительные приработки помогли бы людям не только жить комфортнее, но также поддерживать гуманитарные проекты – такие как сохранение традиций и передача их молодому поколению, без чего будущее самобытных регионов просто невозможно.

В партнёрстве с Hermitage Museum Foundation мы отбираем лучшие работы для возможного приобретения их для коллекции музея «Эрмитаж» в рамках инициативы «Искусство без границ». В настоящее время мы готовим выставку на базе Urban Zen Center (культурный центр дизайнера Донны Каран, занимающийся поддержкой художников и народных мастеров, живущих в труднодоступных районах мира).

IMG 7056-180IMG 7248-360

– Кто помогает вам организовывать экспедиции?

– До недавних пор, так как мы базировались в Гренландии, у нас была только Avannaa, её поддерживало частично правительство Гренландии, а также частично компании, которые занимаются освоением Арктики. В основном это канадские, американские и шотландские игроки, заинтересованные в добыче нефти и газа. Однако у нас своя задача: в первую очередь мы следим за тем, как меняется климат. Если ещё 10 лет назад лёд в Арктике держался 9 месяцев, 3 года назад он не пришёл вообще, в позапрошлом году был 2 месяца, а в прошлом году его снова почти не было.

IMG 3027-150– Кого вы привлекаете в свои необычные исследования: экологов, антропологов, актёров?

– У нас два постоянных участника: я и мой гренландский партнёр Оле Йорген Хаммекен, который также является известным актёром, его последний фильм был номинирован на «Оскар» от Гренландии. У нас очень много партнёров, которые включаются время от времени в наши экспедиции. Ещё мы постоянно берём в экспедиции с собой детей, чтобы они могли узнать что-то о своей малой родине. Летом мы путешествовали в Якутии, и до следующей деревни с нами ехали разные люди, которые рассказывали нам истории своих предков, в том числе дети.

– Детская тема, видимо, занимает особое место в вашей работе?

– Наша работа с детьми основана на концепте микро-экспедиций. Большинство детей, живущих на краю земли, никогда в своей жизни не покидало собственной деревни. Максимум ездили в соседнюю деревню, и то если она не очень далеко. В этом году мы взяли группу детей из центральной Якутии и отправились с ними на «Полюс холода» в Оймякон. Нам было очень важно, чтобы они посмотрели на свой собственный край другими глазами. По дороге они рисовали, лепили, сочиняли музыку, танцевали, пели под руководством известных художников и артистов из Якутска, которые участвуют в нашем проекте. Вернулись домой они совсем другими людьми – со страстным желанием делать что-то красивое и полезное.

Мы очень благодарны компании QIWI – нашему основному партнёру в России – и её основателю Борису Киму за помощь в организации нашей передвижной деятельности. Птица-эндемик киви, символ компании, стала постоянным участником наших выставок. Дети обожают эту птичку-путешественника, теперь, наконец, появившуюся и в Арктике, и непрестанно создают её в самых разных видах, используя самые разные природные материалы – от собачьей шерсти и перьев домашней птицы до камня и льда.

IMG 5136-200– Почему вы в принципе заинтересовались Арктикой? Это очень необычное направление для путешествий.

– Я происхожу из северной семьи кочевых коми и из поморов, в ранние годы я много времени провела на Севере, в том числе в тундре, узнала, как люди могут выживать в голоде и холоде, из ничего создавая себе жизнь. После того как я выросла, я проработала 13 лет в газете «Правда», где писала про полярную жизнь, много времени провела на дрейфующих полярных станциях. Потом я прожила много лет в Америке после распада СССР, а затем переехала в Гренландию – мне показалось это очень интересным местом. Когда мы говорим об Арктике, мы должны помнить о двух вещах. Во-первых, нужно думать о людях. Есть большая разница между Арктикой и Антарктидой: в Антарктиде никто не живёт, а в Арктике люди живут тысячелетиями, и это надо учитывать. В настоящий момент в Арктике продолжается жизнь, она не заканчивается, какой бы трудной она ни была. Люди, которые принимают решения, должны понимать, что надо сделать всё возможное, чтобы, несмотря на поиски полезных ископаемых, эти народы сохранились. Во-вторых, надо учитывать климатические перемены: что произойдёт здесь через 5–10 лет, сложно сказать. Если все изменения продолжатся, Арктика изменится до неузнаваемости, и в этом надо находить поле для сотрудничества между странами.

– В последнее время некоторые наблюдатели высказывают радикальную точку зрения, что в Арктике не нужно вести добычу каких-либо полезных ископаемых, что она должна остаться исключительно культурным пространством. Что вы об этом думаете?

– Эта точка зрения мечтателей, потому что этого просто не может произойти, нефть и газ будут добываться, и их будут искать. Я говорю лишь о том, что большие компании, которые приходят в Арктику, должны обладать чувством большой ответственности, чтобы жизнь живущих рядом людей не менялась в худшую сторону.

IMG 9675-600

«В настоящий момент в Арктике продолжается жизнь, она не заканчивается, какой бы трудной она ни была.»

– Какие ещё экспедиции вы запланировали на ближайшее время?

– Сейчас мы отправляемся в разведывательную экспедицию на Чукотку, где люди тоже живут в похожей ситуации и страдают от тех же изменений. После этого мы отправимся на лодках в отдалённые деревни: это будет подготовка к большой экспедиции, которая должна показать единство эскимосов, живущих по обеим сторонам Берингова пролива. Испокон веков местные жители ездили друг другу в гости, вплоть до 1948 года, когда внезапно появился ледяной «занавес», который разделил многие семьи эскимосов, люди не видели друг друга более 50 лет. И только благодаря экспедиции Дмитрия Шпаро Bering Bridge были подписаны соглашения, которые разрешили эскимосам без виз ездить друг к другу в гости. По сути, это была ещё одна стена, которая, как и Берлинская, разделяла мир надвое. Просто про неё мало кто знал и думал.

IMG 4623-600


IMG 0343 - Version 2 1-200Галя Моррелл/
Galya Morrell, ColdArtist
(Художник по имени Холод),
мультимедийный художник, работающий в жанре зрелищного синтетического перформанса на дрейфующем морском льду.

Галя Моррелл провела более 25 лет в Арктике в качестве организатора и участника полярных экспедиций, репортёра, эссеиста, лектора, фотохудожника и театрального режиссёра. Её фотоработы демонстрировались на многих выставочных площадках мира и хранятся в публичных и частных коллекциях.

В 2009 г. совместно с американским композитором и дирижёром Джоэлем Шпигельманом она основала Uummannaq Music и Ice Circus – сценическую площадку на дрейфующем льду на севере Гренландии. Основной целью этого проекта была попытка поддержать традиционную культуру эскимосов и сократить количество самоубийств среди подростков в северных поселениях, вызванных резкими климатическими и социальными переменами.

В рамках этого проекта Моррелл создала серию карнавальных фантазий на льду залива Баффина, инспирированных древними эскимосскими легендами. Основными исполнителями представлений на льду были эскимосские подростки.

В 2010 г. она организовала первую в истории Неделю кыргызской культуры в Гренландии, а в 2012 г. – Неделю Гренландии в Нью-Йорке и в Кыргызстане, в 2013–2014 гг. – Дни Гренландии на Чукотке и в Якутии.

В 2012 г. совместно с гренландским полярным исследователем, актёром и просветителем Оле Йоргеном Хаммекеном она основала постоянно действующую культурную экспедицию Avannaa, основной целью которой является сохранение культуры и традиций малочисленных народов и помощь художникам, живущим в самых изолированных и труднодоступных населённых пунктах мира.

Моррелл приняла участие во многих полярных экспедициях. В 2012 г. она прошла 4 тыс. км на маленькой открытой лодке в составе гренландской этнографической экспедиции Avannaa через самые северные и географически недоступные поселения Гренландии.

магазин DVD фильмов
Battlefield 4 Beta обзоры, тесты, новости