Голос российского бизнеса

Игорь Нечаев: «Мы должны двигаться в сторону экономики замкнутого цикла»

О том, решение каких задач стоит сегодня на повестке Комитета РСПП по экологии и природопользованию и почему необходимо поменять подход к классификации отходов, в интервью журналу «Бизнес России» рассказал первый заместитель председателя Комитета, председатель совета директоров АО «МХК “ЕвроХим”» Игорь Нечаев.


– Какие задачи сейчас стоят перед Комитетом РСПП по экологии и природопользованию и в каких направлениях идёт работа?

– В условиях пандемии в прошлом году все процессы, связанные с охраной окружающей среды и обеспечением экологической безопасности, несколько затормозились, однако в итоге по результатам совместной работы с Министерством природных ресурсов и экологии России в план по борьбе с пандемией были включены 12 инициатив, определивших, что нужно сделать для осуществления экологических проектов, влияющих на выход экономики из кризиса. Практически все они были реализованы – это был первый шаг, мы отработали все мероприятия. У нас была консолидированная позиция с министерством по этому вопросу, и именно она была выполнена.

Новый министр Александр Козлов изначально вышел к нам с инициативой, чтобы начать работать вместе конструктивно, искать консенсус по спорным вопросам, которых накопилось немало. Многие вопросы экологической повестки не решались годами, ещё с советских времён, в том числе вопрос двойной классификации отходов. Этот вопрос давно пора решить, сделать единую классификацию отходов и её придерживаться. Долгое время в вопросах природопользования сохранялся статус-кво, отменить который никто не решался, это касается самых различных инструментов.

– Почему именно сейчас было решено перевести работу с министерством на новые рельсы?

– В тот момент заканчивался прошлый год, и нужно было, чтобы через «регуляторную гильотину» прошли приказы, которые касались методик по расчёту выбросов в атмосферу стационарных источников. Если бы мы ничего не предприняли, то с 1 января 2021 года производственная деятельность всех промпредприятий оказалась бы вне закона. У контролирующих органов появились бы возможности их штрафовать чуть ли не ежедневно. На тот момент мы решили взять тайм-аут на полгода и все расчётные методики по выбросам в атмосферу стацио­нарных источников в течение года верифицировать. В свою очередь, Минприроды России должно эти методики зарегистрировать. В итоге мы решили этот вопрос отработать, а устаревшие методики ликвидировать. Время показывает, что за 4 месяца мы все методики зарегистрируем. РСПП и Минприроды России была создана рабочая группа, которая отрабатывает все эти вопросы в режиме онлайн. Такая эффективная конструкция создаёт предпосылки, чтобы эта работа продолжалась и дальше. Мы договорились о двойной классификации отходов и решили вопрос по вскрышным и вмещающим породам, которые образуются при добыче полезных ископаемых.

– Какие инициативы в настоящий момент предлагает ваш комитет?

– Среди основных инициатив нашего комитета – подход к отходам 5-го класса, которые, по сути, являются безопасными и не наносят вред окружающей среде и населению. Кроме того, появляются новые инициативы, в том числе на основе Послания Президента РФ Федеральному Собранию, о компенсации вреда, плюс предприятия представили составы рабочих групп, которые отвечают за эту тему, чтобы понять, кого вообще включать в реализацию этой инициативы. В ближайшее время законопроект, как того требует президент, будет направлен в Госдуму. Работа идёт достаточно конструктивно, и с приходом нового министра Министерство природных ресурсов и экологии стало лучше относиться к нашим нуждам: мы с министром встречаемся еженедельно, и он глубоко погружается в вопрос.

Президент в своём Послании Федеральному Собранию сделал несколько важных заявлений, в том числе о том, что за компенсацию вреда окружающей среде всегда платит загрязнитель, и мы полностью поддерживаем эту точку зрения. Однако в прессе после выступления президента появилось много инсинуаций, предложений ввести множество новых штрафов за нанесение вреда окружающей среде. Всё гораздо проще – загрязнитель всегда платил и будет платить, в частности, в законе есть норма о плате за нанесение вреда окружающей среде. Однако вся промышленность всегда наносит ущерб окружающей среде: невозможно производить какую-либо продукцию и при этом не выбрасывать ничего в атмосферу и не образовывать отходы. Другое дело, что это должно соответствовать предельно допустимым нормам.

– Какие ориентиры вы видите для себя в вопросе природопользования в целом?

– Мы должны двигаться в сторону экономики замкнутого цикла: мы производим продукцию, а отходы, которые у нас образуются, нужно вовлекать во вторичный оборот и использовать для других отраслей. Без помощи государства экономика замкнутого цикла невозможна, это показывает опыт СССР, Китая и США – вовлечение во вторичный оборот этих ресурсов везде решается целенаправленно на государственном уровне. Например, переработанные отходы обязательно включаются в рецептуру смесей бетонов для строительства полотна автомобильных дорог или при реализации проектов в сельском хозяйстве. Таким образом, планово ставится задача, что все вторичные материальные ресурсы включаются в оборот, в этом и заключается смысл экономики замкнутого цикла. Если эти ресурсы не использовать, то образуются большие горы отходов вокруг различных индустриальных городов, где расположено несколько системообразующих предприятий, и эти горы составляют миллиарды тонн. По сути, это горы фактически видоизменённых природных ресурсов, которые одновременно извлекаются из карьеров и недр, а значит, их можно заменить тем, что можно взять из отвалов.

– Как бы вы оценили примерный объём этого рынка?

– По нашей статистике, накоплено около 7 млрд тонн отходов 5-го класса – по сути, это безопасные отходы. Если даже посчитать каждую тонну по цене 1 доллар, то объём этого рынка получается уже около 7 млрд долларов. Это будет двойной эффект для экономики, если этот ресурс правильно использовать. У нас большие планы по включению этих объёмов в реализацию проектов в области инфраструктуры. Можно это всё спланировать и использовать в строительстве, сельском хозяйстве. В настоящий момент мы проводим много дискуссий с федеральными органами исполнительной власти из-за того, что само слово «отходы» уже отпугивает всех строителей, а также всех, кто потенциально может использовать эти отходы. Давайте поэтому лучше назовём отходы 5-го класса опасности вторичным материальным ресурсом, чтобы его было проще вовлекать в оборот, включать в строительство и сельское хозяйство.

– Какого эффекта можно добиться за счёт развития экономики замкнутого цикла?

– Все эти горы и миллиарды тонн мусора очень быстро будут расходоваться, и самое главное – мы принесём пользу окружающей среде за счёт того, что эти отходы не будут вываливаться в карьеры и ямы.

Мы решили расставить прио­ритеты: есть более срочные вещи, которые надо решить быстро, например по поводу расчёта методики ликвидации накопленного вреда, а какие-то вопросы можно оставить на более поздний срок. Ключевая вещь для нас – чтобы природа становилась лучше, чтобы наши предприятия видели, что процесс пошёл. В целом наш комитет настроен на серьёзную работу. В итоге мы пере­шли к открытому и перспективному диалогу, каким-то попыткам решать разные вопросы.

Очень рассчитываем, что уже в ближайшее время мы перейдём к инвестированию средств в улучшение технологий, внедрение нового оборудования. В частности, уже к 2029 году мы должны поставить автоматическую систему датчиков контроля выбросов-сбросов на всех предприятиях, и вся информация будет уходить в Росприроднадзор, она будет собираться по другим направлениям. Поэтому число экспертов у нас в комитете постоянно увеличивается, у нас около десятка рабочих групп, и, если потребуется, мы сделаем их ещё больше. При этом в рабочие группы мы собираемся в течение дня, хотя заседания комитета проводим менее регулярно.

– Последнее время весь мир начал заниматься экологией и климатом. По вашему мнению, что послужило триггером для такого повышенного интереса?

– Климат – это такая история, где ощутить результат достаточно трудно, и в целом вероятность того, что мы можем влиять на климат, очень низкая. Например, Балтийское море раньше замерзало, но теперь оно согревается благодаря Гольфстриму.

У нас вопросами климата в РСПП занимается отдельный комитет. Например, введение в Евросоюзе углеродного налога приведёт к потерям российского бизнеса на общую сумму более 3 млрд евро. Для нас в будущем в России ключевое направление – это монетизация лесов, оценка их поглощающей способности, приведение в порядок всей территории нашей огромной страны, в которой мы живём. Если можно как-то стимулировать внутри страны при помощи экономических инструментов предприятия к этому, то это нужно делать. Более того, тот вклад, который мы вносим в улучшение экологии, учитывается и в климатической повестке.


Отправить ссылку на email

Вы можете отправить ссылку на эту статью – "Игорь Нечаев: «Мы должны двигаться в сторону экономики замкнутого цикла»" – на любой email.