Голос российского бизнеса

Евгений Шор: «Наши экологические инициативы – веление времени»

ПАО «Полюс» – крупнейший производитель золота в России и одна из пяти ведущих глобальных золотодобывающих компаний, которая на практике демонстрирует свою приверженность принципам устойчивого развития. Компания постоянно инициирует и реализует проекты экологической направленности. Наш собеседник – начальник управления охраны окружающей среды ПАО «Полюс» Евгений Шор.


– В своё время много говорилось о проекте и строительстве ЛЭП «Раздолинская – Тайга». Чем интересен этот проект с точки зрения экологии?

– Промышленное предприятие может получать электроэнергию двумя путями. Первый – брать её из электросети. Второй – использовать собственную генерацию.

Собственная генерация в России, как правило, представлена газом, углём, дизелем или мазутом. При сжигании этих энергоносителей выделяются вредные вещества. На крупнейших наших активах – Олимпиа­де и Благодатном – электроэнергию производила как раз угольная ТЭЦ. Но уголь – это не только выбросы в атмосферу, это ещё и золошлаки, отходы.

Благодаря строительству ЛЭП «Раздолинская – Тайга» мы смогли полностью отказаться от собственной генерации и обеспечить потребности производства в покупной электроэнергии по прямым контрактам с «Русгидро». Это помогло снизить использование угля и, соответственно, сократить выбросы загрязняющих веществ и количество образующихся золошлаков, т.е. получить прямой экологический эффект. Ещё одним значительным эффектом проекта является снижение так называемого карбонового следа в связи с сокращением выбросов парниковых газов. В этом отношении «Полюс» работает в рамках общемировой климатической повестки.

– Договор «Русгидро» по купле-продаже экологически чистой электроэнергии – тоже в русле этой темы?

– Абсолютно! Мы могли бы и дальше покупать электроэнергию с рынка – она поступает туда и от тепловых электростанций, и от ГЭС. Но есть механизмы, которые позволяют нам напрямую заключать договоры на потребление через общую сеть именно чистой электроэнергии. Это решение компания приняла осмысленно именно для снижения потенциального влияния на климат.

Заключить прямой контракт с гидроэлектростанцией – это то, что мы можем сделать уже сейчас, чтобы внести свой вклад в снижение выбросов парниковых газов. Гидро­энергия полностью заместила угольную генерацию на крупнейших наших активах.

Но и тут мы пошли дальше: в этом году мы полностью переходим на 100 %-ное обеспечение «Полюса» возобновляемой электроэнергией. Мы воспользовались таким механизмом финансирования зелёной энергетики, как покупка зелёных сертификатов. Они выпус­каются компаниями, которые поставляют энергию из возобновляемых источников.

Здесь нет экономической выгоды, потому что это наши прямые затраты. Мы могли бы их не покупать, но именно зелёные сертификаты – это наш дополнительный вклад, в том числе финансовый, в поддержку зелёной энергетики.

– Какие-то цифры можно привести?

– После перехода на прямые контракты с «Русгидро» выбросы парниковых газов на Олимпиаде и Благодатном в этом году могут сократиться, по предварительным данным, вдвое, а по всей компании – примерно на треть.

– Можете привести какие-то примеры экологических проектов в зонах присутствия компании?

– Все наши предприятия работают в строгом соответствии с российским законодательством в рамках установленных нормативов выбросов. Поэтому основные наши проекты в области экологии – это небольшие операционные улучшения, которые постепенно позволяют нам совершенствовать то, что у нас уже есть.

Например, на ряде площадок мы ведём реконструкцию очистных сооружений ливневых вод, которые мы стараемся максимально использовать в производстве. Дополнительно к этому мы продолжаем увеличивать долю карьерной воды в технологическом процессе.

В карьер попадают и дождь, и снег, и подземные воды. Это природная вода, которую мы в любом случае откачиваем из карьеров в ходе добычи руды. А дальше приходится выбирать – или очищать её очень качественно и сбрасывать в природные водные объекты, при этом забирая чистую воду из реки в другом месте, или очищать карьерную воду до приемлемого для технологических нужд качества и использовать в производственном цикле.

Мы максимально замещаем природную воду карьерной и ливневой водой, год от года снижаем долю природной воды для подпитки нашего производства.

У нас сейчас почти замкнутый цикл. Наша задача – сделать его ещё более замкнутым. У нас сейчас 93 % повторно и многократно использованной воды. Мы этот показатель по 0,5–1 % в год повышаем, приближаясь к идеальным 100 %.

– Очевидно, что с экологической точки зрения «Полюс» – благополучная компания.

– Мы отдаём себе отчёт, что любая производственная деятельность оказывает воздействие на окружающую среду. И «Полюс» не исключение. Как и все промышленные компании, мы потребляем природные ресурсы, имеем выбросы в атмо­сферу, объекты по размещению отходов. Здесь важно строго придерживаться принятых проектных решений и требований природоохранного законодательства. Соответствие экологическим нормам, которые, кстати, в РФ постоянно совершенствуются, невозможно без постоянной работы по улучшению технологических процессов, внедрения нового оборудования, работы на опережение. Постоянные улучшения позволяют нам сейчас не вкладывать деньги в экстренном порядке в какие-то крупные проекты по снижению последствий негативного воздействия на природу. Мы стараемся осуществлять свою деятельность в плановом порядке по ранее принятым проектным решениям или осуществлять точечные улучшения, где это необходимо и возможно.

– В том числе разрабатываете экологические стандарты?

– Да, причём требования наших внутренних стандартов в некоторых случаях жёстче, чем требования законодательства. У нас есть стандарт по управлению отходами, где прописаны обязанности всех наших подразделений от начала проектирования до процессов эксплуатации и закрытия предприятия.

У нас есть стандарт по оценке воздействия на окружающую среду, стандарт по оценке экологических рисков. Государство нас не обязывает оценивать риски, это уже наши внутренние процедуры, чтобы мы могли определить приоритеты, понять, на что обратить особое внимание.

Есть ещё международные стандарты, которые мы внедрили и у себя, в том числе как участники ICMM (Международный совет по горному делу и металлам). Мы – единственная российская компания, которая входит в эту организацию.

В частности, в конце прошлого года вышел «Глобальный стандарт управления хвостохранилищами». Хвостохранилища – это достаточно опасные сооружения и для людей, и для окружающей среды. Как член ICMM и участник рабочей группы, «Полюс» принимал участие в подготовке этого стандарта. Мы сейчас начали его внедрение на наших предприятиях.

– В чём цель климатической стратегии компании, которую вы разрабатываете в инициативном порядке?

– Российское законодательство не обязывает компании создавать такие документы. Стратегии, политики – это внутреннее дело каждого предприятия. Другое дело, что интерес к этой повестке – климатической стратегии, климатическим рискам – есть у инвесторов, общественности, у людей, которые работают в компании. Так что, с одной стороны, это наша внутренняя инициатива, с другой, требование рынка и тех, кто зависит от нас.

Климатическая стратегия – не только про выбросы парниковых газов. Когда мы говорим о климатических рисках, то в первую очередь говорим не о том, как компания влияет на климат (вклад отдельного производства в глобальное потепление ничтожен), а о том, как меняющийся климат влияет на нас. Изменение климата влечёт за собой не только повышение температуры, но и изменение количества осадков, экстремальных температур, пожаров, ураганов и т.д. Для бизнеса это риски.

Мы анализируем прогнозы изменения климата, опасные метеорологические явления и смотрим, как они могут влиять на бизнес, что мы должны делать уже сейчас, чтобы это влияние минимизировать.

– Какие цели, какие конкретные задачи перед собой ставит разработка стратегии?

– В климатической стратегии будет дана оценка наших климатических рисков. Озвучено понимание тех действий в обобщённом виде, которые мы должны выполнить, чтобы управлять этими рисками в будущем.

Вторая большая часть – это наше влияние на климат. Это выбросы парниковых газов. Мы должны понять, за счёт каких действий, улучшений и мероприятий в ближайшее время мы можем сократить выбросы.

Ещё один момент – это косвенные выбросы, сколько их получается при производстве электроэнергии, которую мы покупаем и потребляем.

Есть ещё один вопрос, который касается наших поставщиков и наших подрядчиков. У нас должны быть разработаны процедуры, которые бы регулировали наши взаимоотношения с поставщиками, чтобы стимулировать их сокращать собственные выбросы парниковых газов.

Мы сейчас входим в проект по поддержке биоразнообразия. Наша деятельность влияет не только на воздух, на воду. Она оказывает воздействие и на животный мир, на растительность. У нас есть возможность поддержать живую природу, внести вклад в её сохранение. В частности, мы вышли на взаимодействие с Витимским заповедником, хотим поддержать их в решении существующих проблем.


Отправить ссылку на email

Вы можете отправить ссылку на эту статью – "Евгений Шор: «Наши экологические инициативы – веление времени»" – на любой email.